Трагедия в Чернобыле: воспоминания очевидцев

Тридцать лет назад, 26 апреля 1986 года, на Чернобыльской атомной электростанции произошла крупнейшая в мире ядерная катастрофа. Последствия аварии могли бы быть гораздо серьёзнее, если бы не героизм тех, кто ликвидировал аварию, не их мужество и отвага. Накануне этой скорбной даты наш корреспондент встретился с теми, кто вступил в неравное сражение с катастрофой и одержал над ней победу.

При взрыве атомного реактора 4-го энергоблока в атмосферу было выброшено приблизительно 190 тонн радиоактивных веществ. Опасные вещества продолжали выделяться в окружающую среду из-за пожара, длившегося почти две недели. Бойцы пожарной охраны и в последующие дни после аварии продолжали свой ратный труд на Чернобыльской АЭС. К работам по ликвидации последствий аварии были привлечены сотни тысяч граждан СССР, в том числе – более 200 тысяч из России. Около 400 тысяч человек были эвакуированы из зоны бедствия.

В первые недели после аварии радиационная обстановка была весьма напряжённой и мало кто мог дать точную оценку произошедшей катастрофы и тех угроз, которые она могла представлять людям и окружающей среде. Для аварийных работ в период с 1986 по 1992 годы было привлечено более 600 тысяч человек.

В июне 1986 года военный комиссариат в Бокситогорском районе возглавлял Борис Сергеевич Архипов. Как военный человек он понимал, что для ликвидации последствий аварии необходимо будет привлекать дополнительные силы, то есть призывать военнообязанных запаса. Вскоре поступило такое распоряжение, и начался подбор кандидатов. Он вспоминает: «Из запаса призывали в основном трактористов, шофёров, химиков радиационной и химической разведки, т.е. мужчин старше 35 лет, имеющих детей, – такое было указание. В общей сложности в трёх партиях было отправлено на ликвидацию 150 человек, которые вернулись все живые. Правда, с течением времени их осталось около 40 человек по району».

Бывший военком признаётся, что прекрасно знал, насколько опасным, даже смертельно опасным, был этот необычный призыв, ведь людей посылали в зону радиоактивной опасности. Прежде чем сформировать группы призывников из запаса, была проведена большая работа: людей отбирали по специальностям, вызывали повестками в военный комиссариат, в ленинской комнате проводили с ними беседы, объясняя, куда и для чего их привлекают, какими средствами индивидуальной защиты придётся пользоваться. Большинство призывников ехало в Чернобыль, осознавая всю степень опасности, но были и те, кто не до конца понимал степень риска: «Ну, съездим туда, получим свою дозу облучения – рентген 25, больше не положено – и вернёмся».

Одним из тех, кого призвали из запаса в первую партию, был Николай Васильевич Беляков. Получив повестку из военкомата, пройдя собеседования, он не колебался: «Если не мы, то кто же?». Их группу привезли в военный палаточный городок, расположенный в 30-километровой зоне от Чернобыля. «Были у нас хорошие командиры, и, может быть, именно благодаря им я до сих пор здравствую, ведь они сразу нас предупредили: «Мужики, не лезьте куда вас не просят. Дали вам 5 минут на задание, выполнили его – и всё, возвращайтесь», – рассказывает Николай Васильевич. Он вспоминает, что лето в тот год было очень дождливым и холодным – ходили в фуфайках, а в палатках топили печки. И это в августе на Украине!

На крыше реактора лежал выброшенный взрывом графит, который нужно было убирать, а ещё приходилось на очищенных участках стелить бетонные плиты. На выполнение этих работ каждой смене отводилось около 5 минут! Вдумайтесь, в каком темпе и в каких условиях приходилось работать людям. О причинах и последствиях на ЧАЭС есть много разных версий и сейчас, а тогда люди работали в зоне поражения в военной форме, фуфайках и респираторных масках, вот и вся защита. Надеялись, что сам Горбачёв приедет и своими глазами увидит последствия аварии. Специально к его приезду расчистили вертолётную площадку, застелили бетонными плитами, сделали разметку, однако высокопоставленный гость не прилетел. Видимо, передумал…

Ходили на работу тройками и обязательно выдавали дозиметры. Вспоминает Н.В. Беляков такой случай: «Однажды перед выходом на объект я ребятам говорю: «Вы в кармане держите дозиметр, а я положу свой на землю около канализационного люка (прим.: не секрет, что заражённая вода из реактора ушла в систему канализации). Вечером, когда сдавали офицеру дозиметры, оказалось: у напарников нормальный уровень, а мой дозиметр зашкалил. Сколько мы там за всё время получили, не знаю, официально у меня 22 рентгена».

Радиация в зоне аварии ощущалась очень сильно: стоило даже немного вдохнуть радиационной пыли, начинался сильный кашель, людей мучили сильные головные боли. Часовые рассказывали, что по ночам чувствовались небольшие землетрясения – даже люстры дрожали. Во время работы на ЧАЭС Николай Васильевич вёл дневник, куда каждый день записывал все события: сколько было выходов, на каких объектах и сколько времени работал, какую дозу облучения получил. Этот дневник долго хранился у него в портсигаре, а потом куда-то пропал.

Рассказывая об этом периоде жизни, который длился целый месяц, ликвидатор вспоминает, что многие люди, слыша постоянно предупреждения, всё же нарушали элементарные правила самозащиты. Рядом с зоной поражения была небольшая роща, куда постоянно ходили люди, собирали грибы и жарили их. Даже школьнику известно, что именно грибы лучше всего впитывают в себя радиацию. Ловили и рыбу в прудах, жарили её, несмотря на запрет… Вспоминается Николаю Васильевичу такой случай: из-за постоянного дождя палатки протекали, и особо безалаберные люди собирали падающие капли воды в миски и мыли этой заражённой водой посуду. А ведь горячая, очищенная вода была в военном городке – достаточно было лишь выйти из палатки и пройти несколько метров. Был у них во взводе мужчина из Ленинграда, который отрастил большие усы и бороду: «Вот приеду домой, побреюсь и сдам усы и бороду в театр за 50 рублей» Жив ли сегодня этот бородач?

К нашему разговору с Николаем Васильевичем присоединился ещё один пикалёвский ликвидатор – Вячеслав Петрович Душин, который также был призван по повестке и в августе 1986 года работал в Чернобыле.

О масштабе катастрофы он узнал, быть может, чуть раньше других, потому что был радиолюбителем, а в то время многие ловили «Голос Америки». Первыми подняли тревогу в Польше, куда раньше всех в Европе дошло радио-
активное облако. Учитывая, что в армии Вячеслав Петрович служил в химических войсках, из радиосообщений нетрудно было сделать соответствующий вывод о происходящем в Чернобыле. А чуть позднее, в июне, отголоски трагедии дошли и до наших краёв. В.П. Душин вспоминает, что в районах таких населённых пунктов как Сомино, Журавлево, Бережок, Тушемля появились пожелтевшие деревья, чёрная тина у картошки. Удивляло многих и такое явление, как бесшумные грозы, всполохи зарниц по-другому, которые для нашей местности характерны лишь в конце августа. Немногие обратили внимание и на то, что в этих районах, не привлекая к себе внимания, появились дозиметристы… Готовясь к поездке в Чернобыль, Вячеслав Петрович прекрасно осознавал весь риск этого необычного призыва и морально был к нему готов.

Первое впечатление от поездки к реактору В.П. Душин сравнивает с картинкой из фильма-катастрофы: «Едем к станции, а кругом опустевшие сёла, города. Припять пора-зила очень. Вокруг пожелтевшие сосны, а вот ели стояли зелёные. По пустым улицам только кошки бегали». Уже позднее, приступив к работе на ЧАЭС, он нередко наблюдал, как над реактором кружила ворона, а другие птички рядом с опасной зоной сразу теряли ориентир.

В Чернобыль Вячеслава Сергеевича призвали крановщиком. Сапёрным танком снимали около полуметра заражённого грунта, грузили его в металлические контейнеры 1м х 1м, которые вывозили в могильник. Именно погрузкой этих контейнеров в машины и приходилось заниматься В.Д. Душину. Смена длилась около 7 минут, хотя доставалось им облучения, пожалуй, намного больше других. Порой нужно было перейти с одного объекта на другой, и он вспоминает, что около реактора были такие зоны, где и хотелось побежать, а не получалось – наступало состояние какого-то ступора, словно всё тело резиновыми жгутами стянуто.

Чтобы радиоактивная пыль не поднималась во время ремонтных работ, с вертолётов всё вокруг поливали специальной жидкостью. Очень запомнился Вячеславу Петровичу сильный, даже приторный запах озона около разрушенного реактора – по всей вероятности, там происходили химические реакции.

Полученные во время армейской службы знания позволяли В.П. Душину видеть истинный масштаб происходящего, однако об этом он мне не рассказал. Поразило меня, с какой лёгкостью, а порой и с юмором, и он, и Николай Васильевич рассказывали о событиях того месяца, проведённого в Чернобыле. «Да, было трудно. Да, чувствовалась опасность. Да, бывало всякое, но главное, мы вернулись домой, живы и здоровы. Если потребуется, поедем и сейчас помогать», – вот такой итог нашей беседы подвели герои моего рассказа.

Прошло 30 лет, но и сегодня вокруг Чернобыля неспокойно, обсуждается размещение там радиоактивных отходов. США, Украина, Япония на себе испытали разрушительные последствия катастроф АЭС. Имеют ли право руководители стран так легко делать разменной монетой жизнь и здоровье тех, кто доверил им руководить страной?

Обидно, что о ликвидаторах говорят лишь в канун трагических дат, и то хорошо, если вспомнят. Приятно, что у нас в Пикалёве помнят этих незаметных героев. Уроки мужества прошли, например, в школе №2, и было видно, что ребята внимательно слушают рассказ очевидца событий, о которых показывают по телевизору. Настоящим сюрпризом для героев нашего рассказа стало поздравление сотрудников кафе «Золотой ключик», которые даже подготовили небольшой подарок. Казалось бы, мелочь, а как радостно загорелись глаза ликвидаторов: «Нас не забыли! О нас помнят!»

«Я низко кланяюсь в пояс всем ликвидаторам, которые ценой своего здоровья, а порой и жизни остановили распространение радиоактивного заражения, возникшего после аварии на Чернобыльской АЭС. Честь им и хвала! Их подвиг – яркий пример патриотизма», – сказал бывший военный комиссар Бокситогорского района Б.С. Архипов. Давайте помнить об этом и мы.

Ольга АСТАПОВА.

Источник: Газета "Рабочее слово", №16 (2745) от 28 апреля 2016



Документы по теме:
::  Публикация в газете (239Кб)
::  Публикация в газете1 (239Кб)


© 2020 Муниципальное учреждение культуры «Дворец Культуры г. Пикалево», структурное подразделоение «Пикалёвская центральная библиотека»
Ленинградская область, Бокситогорский район, МО «Город Пикалёво», улица Советская, дом 25
Яндекс.Метрика
Во время посещения сайта МУК «Дворец Культуры г. Пикалево» вы соглашаетесь с тем, что мы обрабатываем ваши персональные данные с использованием метрических программ.
Подробнее.